fbpx

Российская IT-отрасль и российские чиновники по-разному восприняли бум VR/AR-технологий, который случился несколько лет назад. Бизнес увидел в этом конкретные коммерческие возможности, а власть — шанс получить стратегические позиции на мировом технологическом рынке. Предприниматели приступили к экспериментам с низкого старта, и уже сегодня VR/AR-сегмент наполнен множеством российских разработок. А вот чиновники довольно долго запрягали, прежде чем представить свою дорожную карту, в которой все еще слишком много непонятного. 

Сам по себе VR — это до сих пор очень молодая и растущая ниша, в которой еще очень много свободных мест. В этом материале мы попробуем проследить, как Россия идет в эту отрасль, и ответить на вопрос — сможет ли она занять там лидерские позиции?

 

В 2010-х бум VR-парков так и не случился

Середина 2010-х обозначилась взрывным ростом инвестиций в VR на мировом рынке. Началось с того, что Facebook приобрел стартап Oculus вместе с командой, которую позже возглавил Джон Кармак (John Carmack) — культовая фигура в среде техногиков и геймеров. Свои VR-проекты запустили Sony, HTC, Valve. Агентство Superdata оценивало обороты инвестиций в $857 млн в 2016 году.  Эксперты аналитической компании IDC прогнозировали рост рынка на пять лет вперед в 30 раз — до $162 млрд.

Джон Кармак. Отец DOOM и главный Oculus-энтузиаст

 

Реакция российского бизнеса на рост в VR в середине 2010 последовала в первую очередь со стороны развлекательной отрасли. В Москве и Санкт-Петербурге стали появляться первые виртуальные квеструмы и аттракционы. Например, в компании Lostroom (Санкт-Петербург) выделилась команда Avatarico, которая планировала продавать франшизу VR-квестов. Своя линейка VR-квестов появилась и у CityQuest (Москва). 

Такой формат коммерческих продуктов оказался более восприимчив к технологиям и быстрее показал возвращаемость инвестиций: разработка нового VR-квеста по стоимости не сильно отличается от сборки обычного квест-рума (порядка 3 млн рублей), но по свежести эмоций и привлекательности для потребителей — VR сильно выигрывал. Даже установка банальной VR-точки в торговом павильоне с обычным набором технодемок по некоторым данным окупала аренду и оборудование в течение месяца.

В 2016 году появились более 40 самостоятельных проектов, большая часть из которых привлекла инвестиции $15–30 тыс. В это время перспективной считалась бизнес-модель VR-парков, которая мотивировала столичных предпринимателей занимать выставочные и торговые площади под технологические зоны. За первые месяцы роста VR-аттракционы открывались в Москве на ВДНХ, ТЦ «Афимолл»” и ТЦ «Июнь» в Мытищах. Интересовались технологией и крупные кинопрокатные сети — «Формула кино» и «Синепарк», которые открывали виртуальные зоны прямо в кинотеатрах.

VRPARK СИТИ, ТРЦ «Афимолл», Москва

Однако уже к началу 2017 стало понятно, что модель больших VR-парков и сложных технологичных аттракционов с виртуальной реальностью для российского рынка слишком дорогая.  В 2017 цена оборудования на игрока все еще держалось в районе $5‒7 тыс, а общий объем инвестиций в на создание VR-зоны с полным погружением составлял $200–300 тыс. Оборудование не спешило дешеветь, франшизы для периферийных городов тоже оставались дорогим удовольствием, потому держать доступные, но при этом конкурентные цены на входной билет не получалось.

С учетом нестабильного курса рубля (а ценник на оборудование выставляется исключительно в долларах), предприниматели быстро охладели к проектам VR-парков и многие покинули этот бизнес. Остались лишь точечные проекты, крупные игроки и франшизы, у которых получилось выйти за границы России. Например, EngageVR, которому удалось запустить франшизу в Малайзии и США. Среди крупных проектов можно выделить инициативу «Сбербанка», который вместе с Impulse Machine открыл сеть виртуальных кинотеатров ImpulseVR в Москве и Санкт-Петербурге.

 

От развлечений к корпоративным решениям

Сектор программной разработки VR смог оказаться более маржинальным: чтобы разрабатывать софт для VR не надо арендовать площадь в ТЦ и заполнять ее дорогим оборудованием, нужен только компьютер и сам VR-шлем для тестирования. Низкий порог входа позволил заняться VR-разработкой даже частным лицам и техногикам, любителям новых технологий и геймерам. 

Разработка игр и решений для массового рынка в России долгое время кажется главным источником заработка, но больших просторов для инвесторов здесь до сих пор нет. Зато в VR-гонку очень быстро включился B2B-сегмент. Крупный бизнес России во второй половине 2010-х вступил на тропу цифрововой трансформации. Оказывается, AR/VR можно использовать для промышленных и корпоративных нужд, потому технология попала в аналитические квадранты крупных консалтинговых компаний — PwC, Gartner, KPMG.

В России потребителем VR стала тяжелая и добывающая промышленность, нефтегазовый и оборонный сектор. Важнейшей зоной применения VR оказалось корпоративное обучение и инженерное моделирование. В некоторых промышленных отраслях это огромные статьи расходов. Например, такие процессы, как отработка техник безопасности, тестирование инженерных систем, тренировки в симуляционной среде, требуют существенной подготовки и содержание учебной базы. VR и AR дают возможность в разы сократить эти издержки. 

Еnterprise-решения виртуальной реальности резко стали расти в начале 2018 года. В это же время, по мнению аналитиков TAdviser, VR-технология вышла на ту точку развития, когда реализуемые возможности соответствуют ожиданиям пользователей. Согласно пресс-релизам Ассоциации AVRA, к началу 2019 году в России уже около 400 компаний-разработчиков, предлагающих свои решения для B2B-заказчика. Свои центры VR-компетенций открыли крупные технологические игроки — КРОК, Ланит, Сбербанк, Яндекс, Сибур, Газпром и др. 

Герман Греф еще в 2018 году заявлял, что “Сбербанк” откроет по всей России сеть VR-кинотеатров

Такая концентрация VR-экспертизы в корпоративном сегменте не могла не остаться незамеченной со стороны инвесторов. По оценке PwC, оборот только в сегменте корпоративных решений составил в 2018 году $63 млн, а в 2021 году он вырастет до $138 млн. А крупнейший консалтинговый центр KPMG включил VR/AR в список приоритетных технологий цифровой трансформации бизнеса в России, что увеличило инвестиционную привлекательность корпоративных VR/AR-решений в разрезе ближайших лет. А это уже не могло остаться незамеченным со стороны российских чиновников.

 

Министерство вступает в игру

На данный момент корпоративный рынок VR-решений России входит в десятку быстрорастущих рынков мира. PwC прогнозирует средний темп роста в 31% в год. Быстрее только Китай (36%). Если оценивать конкретные объемы, то в 2018 году только в промышленном секторе расходы на VR составили около ₽1,6 млрд. В 2022 году расходы достигнут ₽9,2 млрд. — оценка TAdviser и КРОК.

Правительство России трактует эти цифры, как конкретные ресурсы для развития. Новые технологии могут оздоровить государственный сектор экономики, оборонный комплекс, а также создать сильную статью импорта. Наконец, желание построить инновационную экономику — это давно уже национальная идея России.

В итоге 2019 год был ознаменован принятием Минкомсвязи РФ дорожной карты по цифровому развитию, в которой нашлось место и VR. Документ содержит концепцию сквозного развития «Технологии виртуальной и дополненной реальности». По замыслу авторов карты, российскому VR/AR-сегменту до 2024 года будет выделено ₽28 млрд бюджетных средств и ₽38 млрд — внебюджетного финансирования. 

В августе 2020-го Правительство Москвы приступило к обучению сотрудников столичных ЗАГСов при помощи VR-технологий

Фактически, само принятие документа уже говорит о том, VR и AR стали сферой стратегических интересов России. По карте видно, что ключевой акцент в развитии делается на enterprise, носителями и потребителями VR/AR-технологий должны стать крупные госкорпорации. Также крупный блок — применение технологий в социальных и государственных сервисах, в медицине и образовании. 

Дорожная карта важна для IT-рынка, который инвестирует в VR как минимум потому, что она может снять ряд бюрократических препятствий в проектах с соответствующей спецификой. А также это должно привлечь новую волну внимания инвесторов и бизнеса к сегменту.  И в итоге, по прогнозам Минкомсвязи, объем российского рынка VR/AR-технологий в 2024 году составит ₽40 млрд, а среднегодовые темпы его роста — 109% против 29% в мире. 

 

Так спасет ли VR Россию?

Влияние карты на VR-сегмент оказалось смазанным из-за кризисных событий начала 2020. Акции профильных компаний, ведущих разработку технологии, должны были заметно подняться, но этого не произошло. Инвестиционный сектор также переживает не лучшее время. Образовательные программы «Цифровая школа», «Современная школа» и инициатива «Точка роста» — забуксовали. Рост кванториумов и технопарков, где школьники могли получить доступ к VR-устройствам замедлился. Массовый рынок тоже затих, хотя это больше связано с ожиданием релиза новых поколений домашних развлекательных систем.

Плюс некоторые блоки дорожной карты вызывают сомнение. Например, очень непрозрачен тезис о том, что Россия сможет занять 15% мирового рынка AR/VR-решений к 2024 году — у нас нет разъяснения, почему это должно произойти, какие технологические витки должен пройти рынок и что должно случиться на мировой VR-сцене.

Несмотря на достаточно громкое и значимое заявление о себе, дорожная карта VR/AR может повторить историю других перспективных технологий, привлекающих внимание российских чиновников — это и искусственный интеллект, и Big Data, и облачные вычисления, на которые несколько лет назад Минкомсвязь РФ делала большие ставки. В этих отраслях пользовательский сегмент не взлетел, а об успехах применения в оборонном секторе мы, по понятным причинам, ничего не знаем.

Опрос проводился среди top-100 государственных и частных российских компаний в 2019 году.

В развитии VR/AR инициатив важно не потерять фокус и не превратится в крупного импортера технологий. Конечно, на это сильно будет влиять общая экономическая политика России в области высоких технологий. Последние налоговые маневры скорее ведут к тому, что российские разработчики предпочтут не создавать свой софт в стране, а будут концентрироваться в заказной разработке. Это приведет к тому, что Россия будет развиваться по менее маржинальной модели мирового аутсорса.

С другой стороны, рост может произойти и со стороны смежных отраслей. Индустрия развлечений, хоть и сильно сбавила темпы роста, все равно ощущает постепенный подъем. В развитие VR очевидно начнут больше вовлекаться телеком-провайдеры, чьи 5G-инициативы могут привести к новому витку интереса к VR — мобильные устройства уже давно ждут своего часа. Также ожидается рост VR-проектов в образовании, которое испытало сильный стресс от пандемии и показало важность дистанционных технологий в учебном процессе. Аналогичный запрос идет от отрасли культуры и музеев.

И у России есть все шансы адекватно ответить на этот запрос и стать мощным центром VR-компетенций. И тогда, безусловно, VR может вытянуть всю IT-отрасль… и спасти Россию.

Павел Овчинников